Огарок

В жёлто-оранжевом шляпы пилонов длинных, печальных, худых фонарей. На перекрёстках огни светофоров и силуэты последних людей. Фары машин освещают спонтанно тумбы с кусками висящих афиш. В ярком неоне кафе, ресторанов звёзды бледнеют над скатами крыш. В мутных проулках чернеющих арок ветер гудит, навевая тоску. Пары гуляют по парку. Огарок ленты лимонной метро по мосту плавно скользит, как змея ядовитая, между изогнутых линий домов, в чёрное жерло вползая открытое из лабиринта подземных ходов. Я, проходя, на янтарно-блестящие, как бриллианты, витрины смотрю: в них облака, из дождя состоящие тонут, как призраки, к самому дну вниз опускаясь вдоль серых поребриков, на тротуарах овалами луж по мановению магов, волшебников, словно желе, застывая, и тушь чёрная с жёлтыми пятнами осени – листьями клёнов узорных, берёз в них отражается рыжеволосыми всплесками света и вспышками гроз. 2014.03.18

0 просмотров0 комментариев

Недавние посты

Смотреть все

Сырость по улочкам, скважинам арок скользит на проспекты и Садовое, глянцевое от дождя, кольцо, по которому против и по часовой днём и ночью гуляют те, кто здесь до этого не был ни разу, лицо или

лимонных фонарей мазки над полотном дороги, на мутно-чёрном фоне неба звёзды-недотроги, мосты в тумане, скручена в спираль галактика в пространстве бесконечном, неизмеримом вдоль на поперечном от

В реке я вижу перевёрнутые свечи фонарей и крыши зданий, словно лодки утонувшие, зверей из бронзы, плавающих между серебристых рыб, живущих в русле из гранитных и бетонных глыб, и – кажется, почти